Горячие новости
29 апреля 2016, пятница

"Мы считаем это решение постыдным", — заявил ТАСС глава польского клуба "Катынский рейд" Виктор Венгжин.

13 апреля 2016, среда

Об этом ТАСС сообщили в Центре общественных связей ФСБ России

11 апреля 2016, понедельник

Валентин Фалин - дипломат, политический и общественный деятель, ученый. С 1986-го по 1989-й годы он возглавлял АПН. Убежден, что главная задача журналистов – сохранять верность факту.

07 апреля 2016, четверг

Путин: Россия  должна быть страной, "где жить комфортно, приятно и престижно" 

07 апреля 2016, четверг

В Нидерландах прошел референдум об ассоциации Украины с Евросоюзом

Встреча Владимира Путина с руководителями мировых информагентств

25 мая 2014, воскресенье

 

В рамках отмечания 110-летия агентства ИТАР-ТАСС в России прошла встреча представителей трех десятков информационных агентств. Одиннадцать  из них  24 мая пригласили в Константиновский дворец под Санкт-Петербургом на общение и ужин с российским президентом.

В Стрельну приехали представители ведущих агентств: ThomsonReuters, FrancePress, CanadianPress, AssociatedPress, испанское  EFE, китайское «Синьхуа», немецкое DPA, британское PressAssociationGroup, итальянское ANSA, японское «Киодо Ньюс», индийское PTA.

 

Владимир Путин   поблагодарил руководителей  мировых информанентств за интерес к работе в России, к работе Петербургского экономического форума, отметив ,что этот интерес не только не сокращается из года в год, но он, наоборот, растёт.

Стенограмма встречи опубликована на сайте Президента РФ.   Для наших читателей мы сделали  выборку из стенограммы   и предлагаем ознакомиться с ответами Владимира Путна по самым актуальным проблемам.

 

Украина: кризис, выборы

 

Ф.БИДЕРМАНН (агентство "Франс Пресс"):  …признаете ли Вы легитимным президента, который будет избран на Украине?

В.ПУТИН:

Я вчера очень подробно отвечал на этот вопрос. Один из ваших коллег всю душу из меня вынул, с разных сторон подбирался к этой теме. Я уже сказал, могу повторить. На мой взгляд, было бы гораздо более логичным исполнить договорённости, хотя бы в усечённом виде, которые были достигнуты между президентом Януковичем и оппозицией 21 февраля текущего года. Не ставить изначально, с первых шагов, под сомнение хоть какую-то долю легитимности будущих украинских властей в связи с тем, что при юридически действующем президенте Украины нельзя проводить выборы другого президента, это очевидный факт, достаточно открыть Конституцию Украины и посмотреть, что там написано. В этой связи было бы логичнее и, на мой взгляд, более основательно провести сначала референдум, принять конституцию и на основе основного закона, нового основного закона провести выборы. Но действующие сегодня в Киеве власти и те люди, которые власть контролируют, решили пойти по другому пути. Они хотят сначала провести выборы, а потом заняться изменениями. Какими изменениями, пока малопонятно, это же всегда вопрос дискуссий и определённых договорённостей в обществе.

 

Знаете, о чём я думаю? Те люди, которые контролируют власть в Киеве, и основные кандидаты на пост президента – это всё-таки разные люди, и, может быть, те, кто сегодня контролирует, не заинтересованы в том, чтобы вновь избранный президент был полностью легитимным. Может быть, и так. Там же идёт серьёзная внутриполитическая борьба. Но это, в конце концов, внутреннее дело самой Украины. Могу повторить только то, что сказал вчера: мы с уважением отнесёмся к любому выбору украинского народа.

 

Ф.БИДЕРМАНН: Если я Вас правильно поняла, легитимным президентом останется президент Янукович? Даже после выборов? Я говорю о легитимности.

 

В.ПУТИН: Вы знаете, мы ведь все с вами читать умеем. Давайте откроем конституцию и прочитаем, что там написано. Мы же взрослые люди и умеем читать. Давайте прочитаем, что написано в конституции, возьмите украинскую конституцию и почитайте. Там написано, что есть четыре легальных способа отстранения действующего президента от власти: смерть, неспособность исполнять обязанности по состоянию здоровья, импичмент (а импичмента не было, предусмотренного этой конституцией и законом) и личная отставка, с которой президент должен обратиться лично, придя в парламент. Или мы с вами будем придерживаться конституционных норм, или скажем, что это неважно.

 

Поэтому моя позиция заключается в том, что сначала нужно было решить эту проблему. Поскольку сегодняшние власти в Киеве решили действовать по-другому, – хорошо, пускай хоть так. Мы в любом случае заинтересованы в том, чтобы были созданы условия, направленные на стабилизацию ситуации. Ведь сейчас говорят о чем? О том, что потом будет принята новая конституция. А если так, то вновь избираемый президент может быть вообще переходной какой-то фигурой, получается, или, наоборот, он будет концентрировать у себя максимальные властные полномочия. Безусловно, и тот, и другой сценарий будут связаны с обострением политической борьбы внутри страны.

Мы, безусловно, я уже сказал, будем уважать выбор украинского народа и будем работать с формируемыми органами власти на основе этих выборов.

 

О новом качестве отношений между Россией и Китаем

 

СИШЕН ЧЖОУ (агентство "Синьхуа")  : Во-первых, хочу поздравить Вас с успешными переговорами с Председателем Си Цзиньпином. В совместном заявлении, принятом по итогам, сказано, что отношения вышли на новый уровень.

Мой вопрос в том, каким образом российско-китайские отношения могут сыграть, как Вы говорите, большую роль в стабилизации международных отношений и развитии каждой из наших стран?

В.ПУТИН: Безусловно, результаты наших встреч в Шанхае несколько дней назад и подписанные документы говорят о новом качестве отношений между Китайской Народной Республикой и Российской Федерацией. Мы в последние годы, в предыдущие годы неоднократно подчёркивали высокий уровень нашего сотрудничества, но работа в прошедшие дни в Шанхае и выход на те договорённости, которые были достигнуты, дают нам все основания утверждать, что мы сделали ещё один шаг вперёд по повышению качества нашего доверительного диалога и выход на новые рубежи стратегического партнёрства.

Связано это не только с газовым контрактом, хотя он, безусловно, является в известной степени, правильно говорят эксперты, эпохальным. Для нас он сопоставим с тем решением, которое было принято в своё время, в 1960-е годы, ещё советским руководством и руководством Федеративной Республики Германия, связано с известным контрактом «газ в обмен на трубы». Сегодня мы сами производим необходимую продукцию, в том числе и трубы широкого диаметра и большого диаметра. Для нас это возможность выхода на Азиатско-Тихоокеанский регион, на основного потребителя. Наличие такого масштабного контракта (а стоимость его в целом 400 миллиардов долларов, как вы знаете) даёт возможность сделать экономически целесообразным развитие газификации всего Дальнего Востока Российской Федерации и Восточной Сибири. Это самое главное для Российской Федерации в этом контракте.

Для Китайской Народной Республики это возможность уменьшить дефицит энергоресурсов. И что немаловажно, я вчера об этом тоже говорил, мы чувствуем, конечно, озабоченность первых лиц китайского государства, связанную с необходимостью улучшения экологической обстановки в крупных городах. А как мы знаем, газ природный – это самый экологичный вид углеводородного сырья. Конечно, мы очень рассчитываем, что наше сотрудничество улучшит ситуацию в крупных китайских городах с точки зрения экологии.

Но следующий шаг – это возможность заключения такого же контракта по так называемому западному маршруту. Первый контракт связан с восточным маршрутом, это на востоке Китая, а второй – это западный. Первая ресурсная база – это новые месторождения Ковыкта и Чаянда с общим объёмом извлекаемых подтверждённых запасов в 3 триллиона кубометров – рассчитана на 30 лет добычи и поставки. На самом деле там, мы уверены, больше – лет на 50 эта работа будет рассчитана, не меньше. А западный маршрут это из другой ресурсной базы, это из ресурсов Западной Сибири. Он дешевле будет, весь этот проект. И поскольку основные вопросы, связанные с исчислением цены, ценообразованием и с определённой поддержкой, льготированием этого проекта с обеих сторон (эти механизмы уже отработаны), второй проект при положительном отношении к нему со стороны китайских партнёров может быть реализован даже быстрее, чем восточный. Но это, конечно, связано с заказчиком, с его потребностями по развитию отдельных регионов Китайской Народной Республики, это предмет отдельной дискуссии.

 

Но дело не ограничивается только энергетикой или углеводородной энергетикой. Мы продолжаем наши дискуссии по атомной энергетике, по современным и перспективным видам работы в энергетической сфере, в том числе по альтернативным источникам. Мы большое значение придаём сотрудничеству в высокотехнологичных сферах, это авиастроение, это изучение космического пространства, медицина. Но и для Китая, и для России очень важно сотрудничество в валютно-финансовой области.

 

Не секрет, что и Китайская Народная Республика, и Российская Федерация являются странами с большими золотовалютными резервами. Китай занимает первое место по золотовалютным резервам в мире. Для нас очень важно рационально и надёжно размещать эти ресурсы, и мы вместе должны подумать о том, как это сделать, имея в виду весьма непростую ситуацию в мировой экономике, турбулентные процессы, которые мы наблюдаем. Мы должны обеспечить и гарантировать безопасность этих сбережений и их рациональное, эффективное использование. Затем расчёты в национальных валютах, в юанях и рублях. Мы сделали первые шаги, но это пока очень скромно, мы будем дальше думать над тем, как нам работать в этой сфере.

 

Много других возможностей, о которых мы говорили, которые мы обсуждали и которые будем развивать. Это и сельское хозяйство, это общие торговые вопросы, это региональное сотрудничество. По всем этим направлениям мы сделали существенный шаг вперёд. Хочу подчеркнуть особую роль, которую сыграл при достижении всех этих договорённостей Председатель Китайской Народной Республики господин Си Цзиньпин. Действительно, только при его прямой поддержке можно было достичь некоторых результатов, которые были достигнуты в ходе визита.

 

Об отношениях с Японией

 

Х.СУГИТА (агентство "Киодо-ньюс"): Вы заявили, что отношения России и Китая вышли на новый этап. Премьер-министр Японии господин Абэ хотел бы поднять отношения с Россией тоже на новый уровень стратегического партнёрства. Какими, Вы считаете, должны быть эти отношения стратегического партнёрства с Японией?

 

Есть разговор о том, что Президент посетит Японию в ближайшем времени. Однако я не думаю, чтобы что-то изменилось с перспективами этого визита, но когда он может состояться и каким может стать его содержание, по Вашему мнению?

 

И, господин Президент, хотелось бы спросить о четырёх северных островах. Вы говорили, что хотите разрешить их путём «хикиваки», то есть ничьей в терминах дзюдо. Нет ли изменений в такой Вашей позиции? И хотелось бы спросить о содержании этого «хикиваки», то есть ничьей: объясните, пожалуйста, что Вы думаете об этом сейчас?

 

В.ПУТИН: Значит, мы уже говорили – и я, и председатель КНР Си Цзиньпин: мы не дружим между собой против кого-то. У нас свои отношения с Японией, у Китая свои отношения с Японией. Кстати говоря, наш китайский коллега, ваш китайский коллега говорил о том, что мы должны вспомнить о 70-летии окончания Второй мировой войны. Это касается всех стран, которые так или иначе были вовлечены в эти трагические события. Мы должны вспомнить об этом и дать объективную оценку этой трагедии общемировой. Но сегодня нам ничего не должно мешать двигаться вперёд.

 

Я считаю абсолютно контрпродуктивным противопоставлять наши отношения с какой бы то ни было страной, в том числе и с Китаем, развитию отношений с третьими государствами. У нас нет оснований ограничивать наши связи с Японией. Я вас уверяю, Китай при всех сложностях отношений и сам развивает отношения с Японией.

 

У нас просто даже никогда не возникает мысли – ни у нас, ни у китайцев – ставить какие-то условия друг другу при развитии отношений в двустороннем формате. Такого никогда не было и нет. И мы, и наши китайские друзья ведём себя исключительно по-партнёрски. Мы же не создаём никаких блоков, мы просто поднимаем на более высокий уровень наши двусторонние отношения, и всё. Это естественно, потому что мы дополняем друг друга.

 

Так же естественно, как было бы дополнение наших возможностей с Японией. Когда я говорил о нашей готовности обсуждать проблему островов… Напомню, что на каком-то этапе и Россия, и Япония вообще заморозили эти переговоры, мы потом вернулись к ним, после декларации 1956 года, а она была ратифицирована и Парламентом Японии, и Верховным Советом СССР. Напоминаю, что в этой декларации (по-моему, это статья 9) говорится о том, что Советский Союз готов рассмотреть вопрос передачи Японии двух островов. Там ничего не говорится о том, на каких условиях и чей будет суверенитет над этими островами, но о передаче там сказано.

 

Это всё предмет – и по этим двум островам, и по всем четырём – предмет наших переговоров, которые, конечно, сложны, достались нам из прошлого и осложняют наши отношения. И Япония, и Россия искренне заинтересованы в том, чтобы эта проблема была решена. Я хочу подчеркнуть: и Россия тоже. Что такое «хикиваки» в данном случае? Если бы я знал окончательный ответ, мы бы уже подписали все документы. Окончательного ответа пока нет, он может родиться только в результате тяжёлой сложной совместной работы. Но в принципе это значит, что решение должно быть таким, которое не ущемляло бы интересов друг друга, было бы приемлемым компромиссом, и при этом ни одна из сторон не чувствовала бы, что она является проигравшей. Непростая формула, но в целом, если думать об этом постоянно, двигаться вперёд, то, думаю, ничего невозможного нет.

 

Готовы ли мы вести переговоры? Да, готовы, но мы просто с удивлением недавно услышали, что Япония присоединилась к каким-то санкциям. При чём здесь Япония, не очень понимаю, и приостанавливать переговорный процесс по этой проблеме… Так что мы-то готовы, готова ли Япония? Я пока для себя так и не усвоил, хочу у вас спросить. Пожалуйста.

 

О том хватит ли газа Европе

 

У.МАУДЕР (агентство DPA).: останется ли достаточно газа для Запада, если у вас сейчас такой большой контракт с Китаем. И можете немножко поговорить о том, что это значит для других проектов – «Южный поток», другие нитки «Северного потока». Они будут вынуждены… Или Вы уже не говорите об этом, о таких проектах?

В.ПУТИН: Что касается наших отношений с китайскими партнёрами и друзьями, что касается наших отношений с европейскими партнёрами, в том числе с Германией, после реализации контракта с Китайской Народной Республикой она становится равноценным потребителем российского газа наравне с Федеративной Республикой Германия. Такой же объём: Германия потребляет за год нашего газа около 40 миллиардов и Китай будет около 40 миллиардов потреблять.

 

Но в случае реализации второго проекта с Китаем по так называемому, я уже говорил, западному маршруту, Китай, безусловно, уверенно займёт первое место. Первый контракт по восточному коридору (я уже говорил и хочу это подчеркнуть, чтобы было всем понятно) вообще никакого отношения к поставкам российского газа в Европу не имеет. Это новые месторождения, расположенные на юге Якутии и в Иркутской области, которые пока вообще не используются. Мы должны будем их вскрыть, оборудовать, построить газоперекачивающие станции, трубопроводный транспорт, подать туда электроэнергию, дороги построить – это огромный проект. Я уже сказал – это будет самый крупный строительный проект в мире с общим объёмом инвестиций примерно 55 миллиардов долларов только с российской стороны, да ещё и китайские партнёры должны будут вложить свыше 20 миллиардов на своей территории. С Европой это вообще никак не связано. Второй маршрут, который ещё только обсуждается с китайскими нашими коллегами, – там нет пока никаких контрактов, это только в процессе обсуждения. Думаю, что он состоится. Ресурсная база этого проекта – как раз Западная Сибирь, откуда получает наш газ вся Европа, в том числе Германия. Но и здесь не о чем беспокоиться, потому что на сегодняшний день, я боюсь ошибиться в деталях, но «Газпром» добывает примерно 440–450 миллиардов кубометров газа в год, а может добывать 650 миллиардов. Ресурсной базы там достаточно. Мы этого не делаем пока, потому что нет соответствующего потребителя на такие объёмы, но это делается очень быстро и легко, этот объём добычи будет увеличен.

 

Что касается объёмов, которые мы планируем поставлять в Китай по западному маршруту, то они ещё не оговорены, и это, конечно, не 200 миллиардов, как вы понимаете. Дополнительные 200 миллиардов добычи обеспечат и поставки в Китай, и растущие потребности наших европейских потребителей, и даже растущие потребности российской экономики.

 

Что для нас ценно, и об этом я уже сказал. Как только мы осуществим восточный проект, это даст нам возможность соединить транспортные трубопроводные сети Западной Сибири и европейской части Российской Федерации и Восточной Сибири и Дальнего Востока, и тогда можно будет осуществлять перетоки газового сырья из одного региона Российской Федерации в другой, а по сути, между европейским потребителем и Дальневосточным или Азиатско-Тихоокеанским регионом. Это будет, на мой взгляд, существенным фактором в мировой энергетике, и мне кажется, что это позволит решать экономические задачи проще, без всякого налёта политической составляющей.

 

Мы говорим о надёжности. И Советский Союз даже в самые тяжёлые годы холодной войны никогда, хочу это подчеркнуть, никогда не срывал поставок в Европу, и в Германию в том числе. И Российская Федерация действовала так же. Известный негативный пример – это кризис 2009 года с Украиной, когда незаконные, я хочу это подчеркнуть, несправедливые требования к Российской Федерации запредельно снижать цены для внутреннего потребления Украине привели, по сути, к отказу транзитировать наш газ в Европу. Знаете, вы можете в этой части распространять информацию, можете её придержать, как часто делается, но мы с вами все прекрасно понимаем: мы заинтересованы в поставках нашего сырья добросовестным покупателям, которые платят контрактную цену. Разве мы бы позволили себе прекращать поставки в Европу самим себе во вред? Чушь какая-то, равносильно самоубийству. Но если украинские партнёры не транзитируют, а просто всё отбирают из транзитной экспортной трубы, что нам оставалось делать? Прекратить поставки в Украину. Платить надо за продукт, который получаешь. И мы видим, что, несмотря на то, что контракт 2009 года дался нам с большим трудом, после кризиса он опять подвергается испытанию.

 

Там же, в контракте, всё прописано, он давно выложен в интернет, кстати, в самой Украине. Надо просто взять (он, конечно, сложный для обывателя, но любой эксперт может в нём легко разобраться) и прочитать, что там написано. Россия ни на одну букву, ни на одну запятую, ни на одну точку не нарушила этого контракта.

 

Мы сейчас слышим, что там то ли могут вообще повредить газопровод наш, то ли не будут опять оплачивать. Что значит «не будут»? И не платят уже с июля прошлого года! Украинские партнёры с июля прошлого года прекратили регулярную оплату.

 

Сейчас мы слышим, что мы должны снизить цену на газ. Но почему мы должны её снижать? Контрактом это не предусмотрено. Если мы хотим действовать в нормальном рыночном режиме, надо исполнять контрактные обязательства. Мы исполняем полностью.

 

Я исхожу из реалий. Мы в своё время сделали скидку на 100 долларов с 1 тысячи кубометров как оплату пребывания нашего флота в Крыму. Допустим, кто-то не признаёт того, что Крым демократическим образом присоединился к Российской Федерации, и по каким-то причинам отказывается признать право людей, проживающих в Крыму, на самоопределение, – давайте не будем вдаваться в эту часть проблемы. Но что произошло? Мы должны были бы платить за пребывание российского флота в Крыму с 2017 года, потому что до 2017 года действовал договор между Россией и Украиной, и мы по 95 миллионов долларов ежегодно платили за пребывание нашего флота в Крыму. И, кстати говоря, в 2014 году тоже уже успели заплатить эти 95 миллионов. А вот после 2017 года нам нужно было решить вопрос с оплатой пребывания флота. Мы договорились о том, что мы сбросим цену на газ на 100 долларов, и это и будет оплатой за пребывание флота в Крыму. И мы должны были бы начать эту оплату с 2017 года, даже с 2018-го. А мы начали сразу в 2010 году, как только договорились. Почему мы это сделали? Просто потому что нас попросили об этом украинские друзья в порядке дополнительной поддержки украинской экономики. И вот за это время с 2010-го – 2010-й, 2011-й, 2012-й, 2013-й и I квартал 2014 года – мы платили за пребывание нашего флота в Крыму три с лишним года. Но если мы исходим из того, что оплата реально должна была бы начаться после 2017-го, это значит, что мы уже проплатили за наш флот в Крыму 2018-й, 2019-й, 2020-й и I квартал 2021 года. Но и это даже ещё не всё. Фокус заключается в том, что сам контракт, к которому привязана эта скидка, всего-то действует до 2019 года, а мы уже 2021-й захватили. Какие к нам могут быть в этой части претензии вообще? Ноль. Мы проявили невиданную щедрость и в высшей степени партнёрское отношение к нашим украинским друзьям. Это первая часть.

 

Вторая. Когда мы увидели, что в прошлом году ситуация в экономике на Украине складывается совсем не благополучным образом, и с июля, как я уже сказал, несмотря на очень добрые отношения с прежним правительством, оно перестало нам регулярно платить за нужный объём.

 

В соответствии с контрактом мы могли бы сразу перейти на предоплату. В контракте прямо прописано: если полностью не заплатили за предыдущий месяц, за следующий мы можем уже ввести предоплату. То есть они вперёд нам должны заплатить, а мы поставить столько газа, за сколько они заплатили. Очень просто. Но мы не стали этого делать. Мы исходили из того, что нужно помогать клиенту, а не терять его. Мы ждали и август, и сентябрь, и октябрь, и ноябрь. И никакой оплаты, она частичная всё время была.

 

Потом они обратились к нам с просьбой оказать им дополнительную помощь. И попросили, первое: дать кредит, первым этапом 3 миллиарда долларов, на оплату образовавшейся задолженности за 2013 год. И сказали: нам трудно платить даже ту цену, которую мы сейчас платим, просим предоставить нам скидку – ещё минус 100 долларов (получилось 268,5 долларов за тысячу кубов), а мы со своей стороны гарантируем, что по этой, более низкой цене мы будем регулярно и полностью платить текущие платежи. «Газпром» договорился с партнёрами, что он пойдёт и на этот шаг, но при обязательном соблюдении условия платить регулярно текущие платежи, каждый месяц. В январе ещё заплатили, в феврале уже половину, даже меньше половины, а в марте вообще ничего не заплатили, ноль. Даже по самым низким тарифам со всеми скидками. И тогда мы им сказали (уже новое правительство пришло): «Слушайте, мы же договаривались, что если вы не будете платить полностью, то мы все скидки снимаем». Так мы и сделали. И здесь, я хочу эту подчеркнуть, нет никакой политики. Мы же не можем бесплатно поставлять наш ресурс, наш продукт стране с 45-миллионным населением. Я уже говорил вчера на сессии: мы поставили около 10 уже, по-моему 9,8 миллиарда кубометров газа на Украину бесплатно. Это бесплатная поставка. Это столько, сколько мы поставляем в Польшу за целый год. Это уже просто беспрецедентная какая-то вещь!

 

Сегодня наши партнёры нам говорят: мы не будем платить до тех пор, пока вы опять не предоставите нам скидки. Во-первых, они не имеют права этого требовать, контракт не предусматривает таких требований, а он действующий, а во-вторых, у нас была договорённость: если будете платить текущие, мы будем держать эти скидки. Но сейчас я вас ещё больше удивлю. Мы уже новым властям сказали: «Ладно, мы понимаем ваши сложности, мы готовы пойти навстречу, мы готовы с вами обсудить возможный вопрос о предоставлении скидок, но заплатите нам хотя бы долги, которые сложились за тот период, когда эти скидки действовали, до 1 апреля этого года. Вот вы у нас просите низкую цену, но заплатите нам хотя бы то, что накопилось в качестве долга за тот период, пока все скидки действовали». Нет, отказываются и это платить.

 

Вы знаете, всё имеет какие-то пределы. Посмотрим сейчас, что будет происходить после формирования нового правительства, после выборов. Но в соответствии с контрактом «Газпром» предупредил и я, чтобы нас никто не обвинял в том, что мы действуем, как какие-то разбойники, послал одно письмо всем главам правительств и государств, которые являются получателями нашего газа, недавно и второе письмо послал, предупреждая о том, что в соответствии с контрактом «Газпром» переходит на предоплату. Некоторые лидеры европейских стран мне сказали: «Потерпите, ещё потерпите немножко. Вот они сейчас получат, Украина сейчас получит первый транш от МВФ, они вам заплатят». Нет, не платят. Наши деньги, 3 миллиарда, «скушали», ни одного доллара не заплатили, от МВФ получили – опять ничего.

 

Поэтому мы готовы к конструктивному диалогу, но его надо вести не на непонятно на чём основанных требованиях и ультиматумах, а на основе цивилизованной рыночной работы.

 

О санкциях в отношении России

 

В.ЧАНДРАСЕКАР (Press Trust of India): Господин Президент, у меня очень короткий вопрос по Украине и Индии. Правительство Индии не поддержало санкции в отношении России. Как Вы на это отреагировали?

В.ПУТИН: Первое: что касается санкций, вы знаете мою позицию. Я считаю, что они абсолютно контрпродуктивны, не основаны на справедливом отношении к существующим проблемам, продиктованы желанием навязать России такое развитие международных отношений, которое не соответствует ни международному праву, ни взаимным интересам (даже взаимным интересам) и уж точно не соответствует российским интересам.

 

Некоторые события, которые происходили на Украине, прямо угрожают нашим интересам и в первую очередь с точки зрения безопасности, имея в виду перспективу вступления Украины в Организацию Североатлантического договора. А за этим может последовать, и я уже тоже об этом говорил, не просто присоединение, а размещение боевых ударных комплексов на украинской территории, в том числе и в Крыму. И если бы это произошло, это имело бы уже такие серьёзные геополитические последствия для нашей страны: Россия по факту была бы вытеснена из Причерноморья, из региона, за законное право присутствия в котором Россия боролась не одно столетие. И те, кто провоцировал государственный переворот в Киеве, должны были бы, если они действительно являются профессионалами, подумать над последствиями своих незаконных устремлений.

 

Надеюсь, что это будет тем прецедентом, который имеет и свои негативные последствия, но всё-таки возродит добросовестное отношение к нормам международного права и к практике согласования позиций и учёта законных интересов друг друга в ходе переговорного процесса, а не применения каких-то силовых методов решения спорных вопросов. А вот поддержка антиконституционного переворота – это как раз и есть способ силового решения спорных вопросов.

 

Ведь что произошло? Я вчера рассказывал: мы вели достаточно конструктивную, да, сложную, но всё-таки абсолютно дипломатическую дискуссию. Да, мы убеждали и европейских партнёров, что в таком виде, в котором предлагается подписать договор об ассоциации между Украиной и Евросоюзом, он для нас представляет определённую в экономическом плане угрозу. Мы пытались убедить и украинскую сторону, и европейскую, но нам прямо сказали (и я вчера тоже на дискуссии об этом заявил), что это не наше дело и что третья сторона не должна участвовать во взаимоотношениях между Украиной и Евросоюзом.

 

Мы пытались доказать с бумагами в руках, что это не так, что Украина входит в зону свободной торговли на пространстве СНГ – это затрагивает прямые наши интересы. Нам сказали: нет, вы здесь не участники этого процесса, мы с вами разговаривать не будем.

 

И потом, когда мы всё-таки смогли, я хочу подчеркнуть, абсолютно дипломатическими, цивилизованными методами убедить украинское руководство провести хотя бы дополнительные переговоры с Брюсселем, наши западные партнёры способствовали государственному антиконституционному перевороту. Это и есть силовой способ решения спорных вопросов, и на силовой способ был дан адекватный ответ. Почему – я уже сказал. Это затрагивает коренные интересы российского народа и российского государства, и те люди, которые готовили и совершили подобные действия, должны были бы об этом заранее подумать.

 

Повторяю, здесь есть много негативных составляющих, но надеюсь, что это предупредит всех нас от более серьёзных инцидентов и конфликтов.

Что касается позиции Индии, то мы, конечно, благодарны индийскому руководству и индийскому народу за взвешенную позицию, за то, что индийское руководство подошло к этой проблеме, учитывая все её составляющие – и историческую, и текущую политическую конъюнктуру, и руководствовалось именно этими фундаментальными соображениями, в том числе и соображениями большого значения российско-индийских отношений.

 

Мы признательны за это и со своей стороны – я и прежнему премьер-министру сказал, и подтвердил в последнем телефонном разговоре вновь избранному лидеру – мы будем исполнять все ранее достигнутые договорённости – и в области экономики, и в области взаимодействия в гуманитарной сфере, и в сфере военно-технического сотрудничества. У нас очень большой объём взаимодействия по очень многим направлениям. У нас пока (и вчера представители индийского бизнеса об этом сказали) торговый оборот находится на очень скромной планке, и её нужно будет совместными усилиями поднимать, но перспективы очень большие, они просто колоссальные. Мы сделаем всё для того, чтобы все эти перспективы были реализованы. Спасибо.

 

О новой «холодной войне»

 

Д.ДАНИШЕВСКИ  Associated press): Уже два десятилетия прошло с момента падения Советского Союза, и за это время были развиты многие основы сотрудничества и контакты между Россией и Соединёнными Штатами. Русские проживают и ведут бизнес в Америке, а американские юридические фирмы, банки и нефтяные компании активно работают в России.

 

Мир изменился, но сейчас у нас есть разногласия по Украине. Куда, как Вы думаете, мы идём? Это начало новой холодной войны? Чего-то нужно избегать, как Вы полагаете?

 

В.ПУТИН: Мне бы не хотелось так думать, что это начало новой холодной войны. В этом никто не заинтересован, и думаю, что этого не случится.

 

Генезис кризиса, который случился на Украине, ещё развивается. Вернее, так, как я его вижу, я только что изложил. У нас действительно сложилось очень много инструментов взаимодействия с Соединёнными Штатами.

 

Понимаете, в чём дело, я хочу Вам, Джон, совершенно откровенно сказать, что эти инструменты ведь хороши только тогда, когда они реально применяются. Если у нас созданы какие-то площадки для совместной работы, то это ведь площадка не для того, чтобы мы вместе посидели и чай выпили или кофе, – это площадки для поиска каких-то решений и компромиссов. А если весь бонус России заключается в том, что ей разрешают рядом посидеть и послушать, что говорят другие, то это не та роль, на которую Россия может согласиться.

 

Мне кажется, что это вполне законная постановка вопроса. Мы-то всегда учитываем интересы партнёров, мы всегда практически говорим: да. Но есть какие–то линии, за которые мы не можем переступить. И вот в отношении Украины и Крыма это как раз та самая линия.

 

Я же уже сказал, но, поскольку всё-таки Вы представляете одно из самых крупных агентств, я повторю: где у нас гарантия того, что после силовой смены власти, очередной цветной революции, которая, безусловно, произошла на Украине, Украина завтра не окажется в НАТО?

 

С нами по этому вопросу никогда за предыдущие два десятилетия никто, я хочу это подчеркнуть, не вёл содержательного диалога. Мы слышали только один ответ, как на пластинке записанный: каждый народ имеет право самостоятельно определить систему безопасности, в которой он хочет жить, и вас это не касается. Значит, вопрос по системам противоракетной обороны. Чего мы только не предлагали, каких вариантов сотрудничества не выстраивали! Ответ, как на пластинке, один и тот же: это не против вас. И когда мы начинаем с документами показывать, что это как раз против нас, потому что все противоракеты, расположенные на определённых территориях, перекрывают стартовые площадки наших баллистических ракет наземного базирования, диалог на этом просто прекращается. Субстантивного разговора просто не существует. Где у нас гарантии, что завтра в Крыму не появятся какие-нибудь элементы ПРО или не появились бы, если бы народ, проживающий в Крыму, не проголосовал на референдуме за присоединение к России? Никаких просто.

 

Поэтому, с одной стороны, Вы правы, у нас много инструментов для того, чтобы проводить и осуществлять диалог и добиваться поиска решений, идти к решениям. Но они, эти инструменты, должны использоваться не для того, чтобы обслуживать интересы только одной страны, а должны использоваться для поиска компромисса, приемлемого для всех участников этого процесса при обязательном учёте законных интересов друг друга.

(продолжение во 2-й части)

 

Просмотров: 596